ИЗДАЕТСЯ ПО БЛАГОСЛОВЕНИЮ ВЫСОКОПРЕОСВЯЩЕННЕЙШЕГО МИТРОПОЛИТА ТОБОЛЬСКОГО И ТЮМЕНСКОГО ДИМИТРИЯ

    





На начало





Наши баннеры

Журнал "Печатные издания Тобольско-Тюменской епархии"

"Сибирская Православная газета"

Официальный сайт Тобольcко-Тюменской епархии

Культурный центр П.П.Ершова

Тюменский родительский комитет



Кино, объединяющее поколения

Фильм «Девять дней одного года» признали достойным не только в Советском Союзе, Чехословакии, Польше. Он получил почетные дипломы международных кинофестивалей в Сан-Франциско (1962) и Мельбурне (1965). Поразительное единомыслие по обе стороны «железного занавеса*! И объясняется это тем, что создатели фильма (режиссер профессор ВГИКа Михаил Ромм, сценарист Даниил Храбровицкий) коснулись проблем нравственных, общечеловеческих, поставили вечные вопросы о предназначении человека, о смысле жизни.

Фильм черно-белый, но какие декорации, какая тщательная режиссерская работа! Кадры как бы иконографичны, они могут стать блестящим примером построения композиции. Кажется, можно сделать фотопортрет, остановив воспроизведение в любой произвольный момент. Красота и «вечные* вопросы объединяют зрителей двадцатого и двадцать первого веков, «физиков» и «лириков». Интерес молодежи к этой ленте доказывают десятки страниц комментариев в Интернете. Таких искренних отзывов не встретишь и у модного голливудского «Аватара». Если в наследии отечественного кинематографа есть такие фильмы, подобные «Девяти дням», действительно, не стыдно за страну, в которой их сняли, и за людей, которые в ней жили.

Наука в фильме...

В киноленте запечатлены девять дней-эпизодов одного года из жизни физиков-ядерщиков, работающих в одном из закрытых научных городков, которых небыло на карте Советского Союза из соображений секретности. Главный герой -физик-практик Гусев, - не щадя жизни, занимается созданием установки горячего термоядерного синтеза. Если успех последует, то будет изобретен неиссякаемый источник энергии, который обеспечит мир неисчерпаемыми энергетическими ресурсами. Человек сможет полететь к далеким звездам.

Гусев в ходе работы получает смертельную дозу радиации в три приема. В последний раз облучается, когда экспериментальная установка по «термояду» заработала: поток нейтронов свидетельствовал о новом эффекте, который хотели назвать именем автора - Гусева. Но смертельно больной физик, находясь в клинике по пересадке костного мозга, отказывается от этой чести. Утром ему должны сделать операцию, шансы на успех минимальны. Главный герой вместе с женой Лелей и верным другом Куликовым намерен ночью улизнуть с больничной койки в ресторан. На этом фильм заканчивается. Очень хочется надеяться, что главный герой, вызывающий симпатию зрителей, выживет...

Фильм полон диалогов, остро ставящих вопросы о сущности деятельности ядерщиков. К примеру, физик-теоретик Куликов (сыгранный Иннокентием Смоктуновским) заметил: все, что ни создал человек, он использовал для убийства себе подобных. Его друг физик-практик Гусев (Алексей Баталов) возражает: та область ядерной физики, над которой он работает, - сугубо мирная. Действительно, то, над чем трудятся ученые-ядерщики, всегда имеет две противоположные стороны: теоретическую и практическую, военную и мирную, разрушительную и созидательную. Эта диатектика научного развития прослеживается во всей истории двадцатого столетия и продолжается теперь. Как ни вспомнить слова апостола Павла: «Все мне позволительно, но не все полезно: все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною» (1 Кор. 6,12). Топором можно рубить дрова, но этот же топор могут взять в руки расколышковы...

...и в жизни

Полвека прошло после съемок фильма Почти 60 лет физики всего мира пытаются получить «безопасную» и управляемую термоядерную энергию после того, как энергия «военного назначения» была получена при взрыве термоядерной бомбы в 1953 году. Теперь в арсеналах США и России есть очень мощные заряды, каждый из которых может превышать более 500 мегатонн тринитротолуолового эквивалента Такой заряд в 3 тысячи раз мощнее того, который был взорван в Хиросиме. Одной боеголовки хватит на мегаполис размером с Нью-Йорк или Москву. Запрячь эту мощь в повозку мирного использования -мечта всех энергетиков. Гусев в фильме -один из тех, кто пытался это сделать.

Люди, подобные Гусеву, жили и до сих пор живут среди нас. Автору этих строк довелось встретиться с человеком из студгородка Томского политехнического института - доктором физико-математических наук, профессором кафедры промышленной и медицинской электроники ТПИ Борисом Николаевичем РОДИМО-ВЫМ (1912-1993). Закончив Томский государственный университет, он участвовал в Великой Отечественной войне. В мирное время защитил докторскую диссертацию по физике, стоял у истоков теоретической ядерной физики в Томске. Последние годы жизни провел в тихой лаборатории родного НИИ ядерной физики, где пытался получить холодный термоядерный синтез. Вот об этом проекте стоит сказать чуть подробнее.

Напомним, что тяжатые изотопы водорода - дейтерий и тритий - на Солнце сливаются, давая миллионы градусов. И этой же температуры хватает, чтобы положительно заряженные ядра смогли сблизиться друг с другом, преодолевая силу электростатического отталкивания, - и дали огромную энергию. Российские ученые более полувека (но безуспешно) пытаются зажечь рукотворное солнце на российских установках ТОКАМАК (ТОроидная КАмера с МАгнитными Катушками) или на подобных им во всем мире. Исследователям удается получить температуру, при которой начинается синтез, но он идет краткие мгновения, так как ни одно вещество на земле не может выдержать такой энергии.

При комнатной температуре синтез, дающий огромную энергию, считается неосуществимым. Но не по теории Родимова! Борис Николаевич был убежден, что каждая элементарная частица имеет траекторию вполне определенную, а не вероятностную, как у Эйнштейна. Научные взгляды ученый изложил в своей «Автоколебательной квантовой механике*. Эту книгу и сейчас можно найти в открытом доступе, но ее содержание мало кто понимает. Одним из доказательств своей теории Родимов считал взрыв Тунгусского метеорита с высвобождением энергии чудовищной силы.

Умер Б.Н. Родимов в 1993 году, работая в крошечной лаборатории, куда уже редко кто заглядывал. Никто из его коллег не верил, что в устройстве, размером с большую домашнюю кастрюлю, может что-либо происходить. Теория Родимо-ва не вписывалась в эйнштейновскую парадигму и, по негласному мнению ученых, была обречена на неудачу. «Вот получу Нобелевскую премию - тогда поверят*, - утешал себя до последних дней целеустремленный, ответственный, преданный делу ученый. Все силы он тратил на дело оборонной науки. А последние годы работал над вполне мирными разработками. Его нравственные качества очень напоминали самоотверженное служение ученых из фильма «Девять дней одного года* - фильма, вдохновлявшего юношей СССР поступать на физические факультеты университетов. И до сих пор наша атомная промышленность и теоретическая физика - на передовых рубежах мировой науки.

Во что верили ученые?

Вера наших физиков в науку очень напоминала веру религиозную. Смерть кинематографического Гусева за идею чем-то похожа на подвиг христианских мучеников. Жизнь Бориса Родимова немного напоминает подвиг преподобных - бескровное мученичество и исповедничество, растянутое на десятилетия. Но есть ли между этими двумя верами - «физической* и христианской - мост? Я пытался найти ответ на этот вопрос, беседуя с Борисом Николаевичем, - и не смог. Когда его спросили о вере, он тяжко вздохнул и начал рассказ: «Матушка Царица Небесная... Когда я был ребенком, мой дед убирал на поле хлеб. И внезапно пошел такой неуместный дождь! Дед поднял в небо кулак и грязно выругался. Я тогдазнал, как и все, Закон Божий - и ждал после такого богохульства мгновенного наказания. Но молния деда не убила. И постепенно я перестал верить в Бога. А потом хотел стать художником - у меня получалось неплохо рисовать. Но понял, что лучше стать хорошим физиком, чем посредственным художником, и принести наибольшую пользу там, где смогу. Но сейчас я умираю. Неужели драгоценные знания, опыт, который собирал в течение всей жизни, все впечатления, которые получил от встреч с очень достойными людьми, исчезнут навсегда?

Я в это не верю! Эх, Матушка Царица Небесная...*.

В фильме «Девять дней одного года* мельком, во время свадебного застолья, проскакивает шуточный диалог о невесте-физике: «Что говорит там это юное создание? - Она не создание, она атеистка*. Фильм снят в хрущевские гонения на Церковь, и он обязан отражать атеистическую установку времени. Но остается ли он от этого без метафизической перспективы, лишается ли вечного смысла? Оказывается, что нет. Мы видим ученых, готовых пожертвовать собой ради деятельности, которая нужна для защиты и процветания Отечества Жена главного героя Лелечка, узнав о неизлечимой болезни мужа, побеждает свое самолюбие и прекращает попытки развода Сын-физик плачет, узнав о смерти матери, так как не может выехать из закрытого городка на похороны... Блестящий физик-теоретик из Москвы переезжает в глухой городок, чтобы помочь больному другу-сопернику укрощать термоядерную энергию... Список можно продолжать. Разве это нехристианские добродетели, которые есть у героев фильма? Судить зрителю.

Ядерное оправдание?..

С 1990-х годов Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II начал выступать перед военнослужащими ракетных войск стратегического назначения и учеными нашей оборонки в день великомученицы Варвары. 17 декабря 1959 года были образованы РВСН, и эта дата стала считаться профессиональным праздником воинов-ракетчиков.

Традицию таких встреч продолжил нынешний Патриарх Кирилл. На одной из них он говорил: «Благодаря тому, что рубежи России защищаются войсками, обладающими огромной силы мечом и щитом, наша страна сохраняет статус великой державы... Благодаря той мощи, которой эти войска располагают, Россия, прошедшая через беспрецедентное разрушение своей государственной жизни в конце XX века, беспрецедентные потери в мирное время, соизмеримые с потерями в Великой Отечественной войне, осталась великим государством... В мирное время мы можем использовать все то, что Бог нам дал, - и таланты наши, и ресурсы наши, - для того чтобы Россия как можно скорее стала великой державой не только потому, что у нее мощное оружие...*. Вероятно, эти слова могут считаться оправданием дел физиков и кинематографистов, снявших о них замечательный фильм?

Диакон Димитрий Майоров,
преподаватель Тюменского
духовного училшщ

Наверх

© Православный просветитель
2008-19 гг.